Тони Надаль: «Рафа всегда оказывается в нужном месте, чтобы выполнить удар»

Дядя и тренер первой ракетки мира Рафаэля Надаля в интервью журналу Tennis Magazine раскрывает суть механизмов, которые позволили ему постепенно выстроить то, что является одним из самых больших феноменов в истории спорта. Из его рассуждений вытекает, что ведущим мотивом являются воспитание и труд.

В этом году Вы отметили свое 50-летие Не могли бы Вы коротко описать эти полвека?
Как и все в нашей семье, я родился на Майорке и по-прежнему живу здесь, в Порто-Кристо. У меня трое детей, одна девочка и два мальчика 9, 7 и 6 лет. Я был вторым ребенком в семье после Себастьяна, отца Рафаэля. У меня есть еще два брата и сестра, которые довольно намного меня моложе. Мы очень спортивная семья, но я был первым, кто начал играть в теннис.
Как Вы зарабатывали на жизнь, прежде чем стать тренером Рафы?
Меня очень интересовал спорт, поэтому, в конце концов, я получил диплом тренера и начал преподавать в клубе Манакора.
А потом появился Рафа…
Рафа очень хорошо смотрелся среди остальных детей. Впервые я начал тренировать его в теннисной школе, где он начал заниматься в 1990 году в возрасте 4 лет. И, кажется, всего лишь пару лет спустя, в 1996 или 1997 году, я целиком сосредоточился на работе с Рафой. Но не потому, что мы решили, что он станет профессиональным игроком. Для этого было еще слишком рано. Это решение было принято потому, что так было легче. Рафа начал играть на большом количестве турниров, и нужен был кто-то, кто бы его сопровождал. Отец Рафы предпочитал, чтобы это был я, и, кроме того, он обеспечивал финансовую поддержку.
Вы приняли, возможно, наиболее важное решение в его жизни: дали ему играть левой рукой при том, что он от природы правша.
Нет! Это легенда… На самом деле это неправда. Вначале он играл двумя руками, используя одну из рук в качестве направляющей. У меня сложилось впечатление, что он сильнее с левой стороны, чем с правой. И тогда я решил, что он левша – все очень просто. Кроме того, хотя ел он правой рукой, но в футбол тоже играл левой ногой. Однако, не было такого, чтобы я сказал: «Ему нужно играть левой рукой, потому что так он будет намного сильнее». Просто я посоветовал ему использовать более сильную руку. Вот и все. Кроме того, я не думаю, что это такое уж преимущество – быть левшой.
Единственное, что я действительно посоветовал Рафе в возрасте 10 лет, так это чтобы он перестал выполнять форхенд двумя руками, потому что ни один из топ-игроков не имел двуручного форхенда, и я не мог себе представить, что мой племянник будет первым. Так что это все. Был ли бы Рафа сейчас так же силен, если бы использовал правую руку? Мы этого не знаем и никогда не узнаем.
Когда Вы начали тренировать только одного Рафу, была ли для Вас первоочередной глобальная техническая задача?
Нет, вовсе нет. Если вы хотите, чтобы ваша работа с кем-нибудь шла по нормальному, здоровому пути, то первоочередная задача состоит в том, чтобы привить чувство ответственности. Даже будучи ребенком, Рафа должен был быть хозяином своих собственных теннисных решений. Далее, моя философия как тренера заключается не в том, чтобы говорить игроку: «Ты должен бить по мячу так-то и так-то, потому что именно так выполняется этот удар». Это неправильно, и легко увидеть, что у множества игроков существует множество разных технических приемов. Я скорее склонен говорить игроку: «Неважно, каким образом ты обработаешь мяч, но ты должен послать его туда-то, с такой-то скоростью и с таким-то результатом». Я имею в виду, что нужно глядеть дальше техники. Прежде всего, необходимо знать и понимать игру. На самом деле, основная работа происходит на уровне ментального принятия решений. Работая с Рафой, я всегда ставил перед ним ближайшие цели. Каждый день он должен был играть лучше, чем вчера. Это важнее техники. Конечно, я много работал и над чисто техническими аспектами, иначе, что бы я был за тренер!
Игра Рафы менее академична, чем у других. Это обусловлено тем, что Вы давали ему больше свободы на техническом уровне?
Трудно сказать. У Рафы очень основательная база на техническом уровне. Со временем он выработал свой собственный стиль игры, и, действительно, он сильно отличается от игрового стиля других. Поскольку мы много играли на грунте, я сосредоточился на его форхенде, топспине и стабильности. Для меня это были три наиболее важных момента.
Еще один момент, который, без сомнения, не менее важен - это воспитание. Сегодня люди аплодируют ему в особенности за его безупречную воспитанность.
Да, это правда. Это имело существенное значение по двум причинам. Во-первых, намного легче работать с человеком, у которого примерное поведение. Во-вторых, из-за того, что Рафа – мой племянник. Мне не хотелось, чтобы у людей складывалось о нем плохое представление. Но мне не пришлось много работать в этой области. Рафа всегда был покладистым мальчиком. Я не помню, чтобы он когда-нибудь плохо вел себя на корте; он никогда в своей жизни не сломал ни одной ракетки. Вообще я думаю, что люди слишком часто пренебрегают вопросами воспитания.
Когда Вы смотрите на него сейчас при всех его невероятных достижениях, нет ли у Вас чувства, что Вы теперь не верите своим глазам?
Меня удивляет его карьера, да. Потому что я оглядываюсь вокруг нас и вижу множество игроков, которые так же хороши, как он: Маррей, Джокович, Гаске, например… Все это игроки, которые, возможно, обладают большей легкостью в выполнении ударов по мячу. И, тем не менее, карьера Рафы намного лучше, чем у них всех. Вы спрашиваете меня, удивлен ли я. Да, я удивлен. Я скажу даже больше: я не понимаю этого.
Но не думаете ли Вы, что у Рафы есть нечто большее, чем у других, в этом отношении?
Да, наверное, так. У него невероятно интенсивная игра и хороший менталитет. Я думаю, что его ментальный контроль лучше, чем у других.
В самом начале его карьеры многие люди говорили: «Его игра слишком интенсивна, он долго не продержится…». Вы не разделяете этого мнения?
Нет. Нужно изначально понимать одну вещь. Когда он появился в туре, он был очень юн и, на самом деле, не готов ко всему этому. Он впервые вошел в число 200 лучших игроков мира в конце 2002 года, и мы не ожидали, что это произойдет так быстро. Однако, внезапно перед ним встала необходимость повышать свой уровень, чтобы идти в ногу с туром. Весь год Рафе приходилось играть против взрослых, в то время как он сам был еще совсем мальчиком. При этих обстоятельствах единственное, что он мог делать на корте, это бегать, причем везде и всюду. Да, правда, что в начале карьеры, он ничего кроме этого не делал. Однако, люди часто прилепляют к нему этот образ, не замечая того, что его игра постепенно развивалась. Сегодня, если вы реально взглянете на него, то увидите, что он бегает не больше, чем другие игроки на корте. Это правда, что его форхенд не так быстр, как у Содерлинга, потому что он учился играть с более сильным вращением. Но посмотрите последний финал Ролан-Гаррос и вы увидите, что Рафа бегал намного меньше, чем Содерлинг. То же самое, если вы посмотрите полуфинал Уимблдона против Маррея, но в другом контексте. Это должно означать, что у него хороший теннис? Если бы Рафа начал свой путь в туре позже, уже полностью сформировавшись, то, конечно же, люди не говорили бы так о нем.
Будете ли Вы и дальше работать над развитием его игры?
Самое важное – каждый раз делать что-то лучше, чем в предыдущий день. Потому что если ты перестаешь совершенствоваться, то с тобой покончено. Так что я бы назвал это скорее не развитием, а совершенствованием.
Огорчает ли Вас то, что люди больше говорят о его физике и ментальных возможностях, чем о его технике и таланте?
У некоторых существует мнение, что Рафа не обладает очень хорошей техникой. Но что это такое - техника? Это когда ты бьешь по мячу очень сильно, выполняя очень красивое движение, но при этом один раз из двух мяч уходит за пределы корта? Или когда у тебя очень хороший форхенд, очень хорошая подача, но нет бэкхенда? Нет. Для меня техника – это способность направить мяч в любую точку, куда тебе хочется, чтобы он приземлился, и при этом неважно каким ударом. И именно это может делать Рафа. Так что, может быть, у него и нет такой же техники, как у Федерера, но техника у него отличная. Хороший форхенд, хороший бэкхенд, который он способен выполнять резаным ударом, правильный удар с лета… Он обладает умениями, которые позволяют ему делать очень многое.
Нет ли у Вас впечатления, что талант Рафы часто недооценивают?
На самом деле я думаю, что они переоценивают его физические данные. Если сравнивать его с французскими игроками, такими, как Монфис или Цонга, то я бы сказал, что у них физика лучше, они имеют более крепкое телосложение. Говорят, что Рафа всегда оказывается в нужном месте, чтобы выполнить удар, но я думаю, что это больше связано с его великолепным умением предвосхищать действия соперника и очень хорошим видением игры.
Как далеко в Вашем представлении пойдет Рафа, начиная с нынешнего момента?
Не имею понятия. Если получится так, что он больше не выиграет ни одного турнира, то мы не станем делать из этого вселенскую трагедию. Наша единственная цель – это хорошо играть, совершенствовать нашу игру. Наилучший способ достичь душевного покоя – знать, что ты сделал все, что мог. У Рафы есть возможность профессионально заниматься тем, что он больше всего любит. В его силах отдать всего себя, а это легче сделать, когда ты занимаешься любимым делом. Помимо этого мы не поглощены тем, чтобы коллекционировать турниры Большого Шлема, потому что здесь не все зависит только от нас. Есть ведь и другие игроки. Но та работа, которую мы вкладываем в это – это единственное, что полностью зависит от нас.
Как Вы думаете, сможет ли Рафа играть, например, до 35-летнего возраста?
Нет, я так не думаю. Многие люди предсказывали, что его карьера будет короткой, а его карьера прекрасно развивается вот уже 8 лет. Но нужно учитывать, что он начал играть в туре, будучи очень молодым, и я думаю, что в возрасте 27-28 лет начнет сказываться усталость. Посмотрим.
Как Вы объясните то, что все Надали так сильны духом?
Я думаю, что это во многом связано с воспитанием. Одно из ключевых представлений, которое нам прививали, это то, что в жизни нужно смотреть трудностям в лицо. Нельзя, словно ребенок, думать, что все прекрасно. Проблемы будут всегда, и их нужно решать. В теннисе, как и в жизни, надо признавать свои ошибки, понимать, что тебе нужно многому учиться, чтобы потом меньше приходилось делать, и что для того, чтобы чего-то достичь, нужно вложить много труда. Так всегда было и у нас с Рафой. Поэтому, в отличие от сегодняшних детей, он усвоил, что не всегда все идет по легкому и правильному пути. Нам вместе с ним приходилось иметь дело со многими проблемами, как, например, с его подачей, которая вначале действительно не была хороша. Ведь это ключевая составляющая в спорте. Играть в теннис – это значит бить по мячу туда и обратно над сеткой, и никакого другого значения в этом нет. Но когда ты осознаешь, каких усилий духа это требует, когда суммируешь все трудности, что встречаются на твоем пути, и когда ты постепенно, шаг за шагом, начинаешь подниматься выше всех препятствий, тогда теннис становится страстью. Вот так можно описать карьеру Рафы. Что бы ни случилось в будущем, могу вас уверить, что в конечном итоге он останется счастливым человеком, полностью удовлетворенным всем тем, чего он достиг.

 
КОММЕНТИРОВАТЬ
Популярний ролик
Опитування
Ми в соцмережах
  • Instagram
  • Facebook
  • Twitter
Актуальне